Прочее

Кино не про «Кино»: «Лето» Кирилла Сереберенникова

  • Подписка
  • Поделиться в Facebook
  • Поделиться в VK

Виктор Цой – тотемная фигура всех российских мужчин, когда-либо державших в руках дубовую пост-советскую «акустику» и пытавшихся зажать то самое ненавистное баррэ. С этим, вероятно, уже ничего не поделаешь, хотя поделать что-нибудь непременно хочется – например, обратить внимание организаторов бесконечных трибьютов «Кино» на существование других, куда более самобытных русских музыкальных коллективов. Истинно говорю вам, мир точно бы не проиграл от наличия в нем, к примеру, толкового трибьюта «Звукам Му».

Тем не менее, до 2018 года канон великого певца корейского происхождения был незыблем, культ – непробиваем, обожание – тотальным. В отличие от многих критиков фильма «Лето» я не верю в то, что что-либо изменится и после того, как миллионы (это уж точно!) людей посмотрят эту черно-белую картину. Но кое-какие изменения в тот самый пресловутый канон Кирилл Серебренников вместе со сценаристами картины, супругами Идовыми, и консультантом съемок Натальей Науменко внести все-таки попытались.

Речь, кстати, совсем не про то, что Цоя в фильме играют сразу четыре артиста – за разговорный голос, голос песен и гитарную игру отвечает не кореец Тео Ю, а совсем другие люди – и немногословный, с дерзким взглядом Витя после просмотра предстает эдаким коллективным рок-шивой. И не про спорный, но оказавшийся в итоге удачным выбор Ромы «Зверя» Билыка на роль «Майка» Науменко. И даже не про то, что Виктор Цой в фильме представлен не забронзовевшим глашатаем стадионов, а начинающим автором песен в жанре «бардовской песни», ищущим свой путь. Речь скорее о том, что Цой, повсеместно анонсированный главным героем картины, парадоксальным образом оказывается в «Лете» героем даже не второго и не третьего, а четвертого плана – вот как, оказывается, можно рассказывать истории о рок-андеграунде 80-х.

Скажу сразу, что, несмотря на слухи, инсинуации и домыслы интернет-троллей, а также гневные эскапады Андрея Тропилло, Алексея Рыбина и Бориса Гребенщикова, резко высказавшихся о фильме до его релиза, в картине НЕТ: гомосексуализма (да и секса вообще), Айзеншписа, хипстер-подхода к жизни, плохого исполнения и неудачных переаранжировок знаменитых песен…равно как и документально-точного описания реперных точек развития группы «Кино» — и с этим придется смириться тем, кто придет в кинотеатр «посмотреть на настоящего Цоя». Вот увидите, создатели картины весьма ироничным образом отыграют все претензии тех, кто считает, что «не похож». Кстати, и тем, кто вдруг испугался, что фильм будет похож на анемичную «Измену» или абсурдистский «Изображая жертву», также беспокоиться не стоит: «Лето» — самый мягкий и бесконфликтный фильм Кирилла Серебренникова, его привет годам юности, переданный без капли желчи, злобы или пафоса.

Итак, как в хорошем театральном спектакле, герой номер один в «Лете» — атмосфера Питера начала 80-х годов: по улицам ходит размалеванная под панков шпана, распугивая серую враждебную толпу предпенсионного возраста, ангельской красоты поклонницы расписывают стены подъездов признаниями в любви, концерты проходят при полных, но сидячих залах, за квартирники молодые ребята получают толстые конверты, а на стенах висят пластинки недостижимых кумиров из-за железного занавеса – Боуи, Лу Рида, Talking Heads, Blondie. Будущего и нынешнего королей андеграунда здесь играет свита – энигматичный Боб, романтичный Леонид, развязный Панк, застегнутый на все пуговицы Скептик.

Второй главный герой этой истории – безусловно, Майк Науменко. В реальной жизни карьеры этого хорошего парня от рок-н-ролла и мега-звезды Виктора развивались по противоположно направленным векторам: по мере того, как Цой, которому поначалу Майк дарил песни, завоёвывал очередной стадион, аудитория Науменко уменьшалась, приведя в итоге его активно гастролирующий «Зоопарк» к полупустым залам. Есть ли тут прямая зависимость – бог весть, но даты их трагической гибели, срифмованные в конце «Лета», оставляют горькое послевкусие: в то время, как Вите продолжают поклоняться тысячи терзателей струн со всей территории бывшего Союза, гениальные речитативы Майка сегодня внезапно оказались мало кому нужными. Если «Лето» несет какую-либо гуманитарную миссию, то пусть это будет миссия возвращения людям его песен, по сей день звучащих чуть ли не более свежо, чем в условном 1981.

Третья доминанта фильма – музыкальные номера, переаранжированные и поставленные с редким для 2018 года спокойствием, тактом и мерой: думаю, что приз Каннского фестиваля за саундтрек на самом деле предназначался всей съемочной группе, сумевшей сделать из каждой песни своего рода мини-трип с отсылками к классическим «Ассе» и «Игле» — ниточка связи с ними в «Лете» тонка, но заметна, и это подмигивание меломанам старшего поколения не может не умилять.

Что, наконец, до великого и непогрешимого Цоя, его образ в картине остается ровно таким же – великим и непогрешимым. Кому-то не приглянется мелькнувшая ближе к концу Марьяна, якобы пытающаяся окутать поэта своими коммерческими щупальцами. Кто-то угадает в гнусавом прононсе Дениса Клявера из прости господи дуэта «Чай Вдвоем». Кто-то не поймет Наталью Науменко, сделавшую выбор в пользу мягкого и как будто более расслабленного Майка. Словом, повод придраться будет у всех – и поделать с этим при обсуждении фигуры такого масштаба ничего абсолютно невозможно. И это нормально. Вот он – российский «Ла-Ла-Ленд» напополам с «Контролем», вот оно – наше отечественное рок-н-ролльное безобразие, как оно есть. С компотом, с гигантским мозаичным панно с Брежневым, с аутентичным звучанием околосоветских тугих акустических гитар, с Ромой Зверем, с комсомольскими значками и косплеем конвертов западных пластинок. Как сказал классик, всё то, без чего нас невозможно представить, еще труднее – понять. И оно прекрасно.

Подведем итог. Единственный недостаток фильма – в том, что главные герои фигурируют в нем под собственными именами: это делает «Лето» уязвимой мишенью для пуристов, нервно воспринимающих любые попытки киноинтерпретации прошлого. В то же время, образы героев настолько выпуклы и визуально схожи с прототипами, что в таких подробностях нет никакой необходимости. А прекрасно «Лето» тем, что в легкой форме рассказывает о важных вещах — о чести, честности, дружбе, любви и душной атмосфере вечно замкнутых пространств, из которой хочет, но не может вырваться художник. И все-таки вырывается — в своих мечтах. Для 2018 года и Чемпионата мира по футболу, который некоторые из нас вынуждены наблюдать из-под домашнего ареста, мысль эта не то, чтобы сильно свежа – но донельзя актуальна.

___

Специально для Pedalzoo.ru

Предыдущая запись

Закари Векс: Сумасшедший изобретатель из мира гитарных эффектов

Следующая запись

7 песен, которые более всех распилили на сэмплы

Нет комментариев

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *