АльбомыИнтервьюМузыканты

Robert Plant рассказывает о своем новом альбоме

В этом месяце вышел новый сольный альбом Роберта Планта, одного из лучших рок-вокалистов всех времен — он стал знаменитым в группе Led Zeppelin. Ниже перевод небольшого интервью, посвященного свежей работе заслуженного музыканта. 

Как менялся процесс записи альбомов по ходу твоей карьеры? Новые технологии дают больше свободы или ты иногда ощущаешь, что они предоставляют слишком много вариантов?

Структурно песни могут быть построены совсем в ином ключе, нежели в 60-ых или 70-ых. Ты можешь добавить какую-то часть, а потом ее удалить, вернуть обратно, попробовать поставить в одном месте, в другом. Ты можешь смешать несколько подходов. Какие-то части могут быть записаны, когда вся группа играет вместе и звук передан в живом движении. А другие части могут быть подобраны как детали конструктора с заготовленным нишами для скрипки или виолончели. Но если у тебя есть что-то реально спонтанное, то это здорово.

Иногда спонтанные вещи могут получится на основе повторяющегося лупа. Например, на альбоме есть композиция “Keep It Hid”, основу которой составил клавишный луп, на который я стал напевать мелодию. Это такой голый трек. В общем, ты можешь так делать, создавая песни за очень короткий промежуток времени. Некоторые из самых крутых песен на планете, которые мне никогда не написать за все время своей жизни, у других людей могут получится за четыре минуты.

“Keep It Hid” и “Carry Fire” сделаны в сотрудничестве с  John Baggott из Massive Attack. Расскажи о работе с ним. (John Baggott — композитор, который не первый год играет на клавишах в проекте “Robert Plant and the Strange Sensation”, а также выступает с Massive Attack и Portishead — прим. переводчика)

Мне очень-очень повезло столкнуться с работой Джона, когда он работал с Massive Attack. Вся сцена Бристоля, откуда он вышел, как и Massive Attack с Portishead, — это один сплошной рассадник темных клавишно-луповых колдунов. Такой вот это город Бристоль. Когда-то он был переполнен пиратами, а сейчас там навалом творцов других великих дел — музыкальных. Джон постоянно выдает все новые и новые прекрасные темы. Его партия фортепиано в  “A Way With Words”, которую он мне показал, была настолько хороша, что я даже не мог представить, где там начать петь. Джон — великолепный музыкант, потому что он полностью уходит в свою игру.

В текстах песен “Carving Up the World Again…. a wall and not a fence”, “New World…” и “Bones of Saints” есть прямой отсыл к таким темам как иммиграция и империализм. Почему ты считал важным  высказаться по этим проблемам?

Это универсальные темы, у которых нет определенного времени возникновения, и так выглядит, что они и заканчиваться никогда не собираются. Это события из нашей жизни и при этом они были и во временам наших предков. Ты не можешь это игнорировать. Ты можешь только прокомментировать.

Как артист, который был активен на протяжении нескольких десятилетий, который делал музыку еще, например, в бурных 60-ых, как ты видишь эти проблемы в плане их постоянства?

Мой отец участвовал в операции по высадке в Нормандии во время Второй Мировой Войны. Его отец был в траншеях в Первую Мировую Войну. Мой прадед был в Южной Африке во время Англо-Бурской Войны. Думаю, всегда есть какая-то цепь событий, которая проходит через все семьи.

Музыкальные мотивы альбома настолько широки и при этом захватывающи. Как ты развивал эту смесь жанров?

Самая клевая вещь в такой работе меня и моей группы — это то, что каждый участник коллектива, включая меня самого, выходит наружу поработать над другими проектами, а потом возвращается обратно домой, можно сказать, на Родину. Justin Adams и Liam “Skin” Tyson, два наших гитариста, взяли меня и моего пацана в Мали, где мы играли вместе с Ali Farka Toure и Tinariwen в пустыне к северу от Тимбукту. Они хорошие друзья. От  Jack White до  Tinariwen — у всех одинаково, просто люди дают возможность своему вдохновению выходить наружу.

На этом альбоме ты сделал кавер на “Bluebirds over the Mountain”, фолковую песню Ersel Hickey 1958 года. Как к тебе пришла такая интерпретация этой композиции и что побудило тебя  на сотрудничество с Chrissie Hynde?

Когда я был ребенком, то не слышал версию Ersel Hickey. Я слышал версию Richie Valens. В те времена это было что-то типа молитвенной песни. В нашем последнем туре, когда мы играли цеппелиновский “Rock and Roll”, то мы начинали его в темпе в два раза медленнее, запуская кранчевый бит и клавишный луп Джона Бэгготта. Это было  24 такта вступления, и я вечер от вечера пел под него разные песни. Много раз это была “Bluebirds over the Mountain”, которую я по-настоящему люблю. И я подумал, что если мы когда-нибудь соберемся сделать на нее кавер, то это будет хороший кавер, поскольку мы все  очень хорошо знаем эту песню, поэтому надо посмотреть, что мы там можем сделать.

В инструментальном плане она звучала хорошо. Я возможно изначально что-то уже наложил сверху, но там реально нужен был еще один голос. Я послал Крисси, которую тысячу лет знал,  копию той записи, что мы сделали.  Она была реально очень-очень воодушевлена и просто в восторге. Она сказала “О, великий психоделический сон снова становится явью!”. Я заехал за ней, посадил к себе в машину и мы поехали в студию. Это вышло красиво — что-то в духе психоделики Sonny & Cher.


Специально для магазина гитарных эффектов Pedalzoo.

 

Предыдущая запись

Greg Howe рассказывает о новом альбоме

Следующая запись

6 лучших серий "Металлопокалипсиса"

Нет комментариев

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *